bot-backend
40fdf11f19
All checks were successful
CI Trade-In / changes (pull_request) Successful in 7s
CI / changes (pull_request) Successful in 8s
CI Trade-In / frontend-checks (pull_request) Has been skipped
CI / backend-tests (pull_request) Has been skipped
CI / frontend-tests (pull_request) Has been skipped
CI / openapi-codegen-check (pull_request) Has been skipped
CI Trade-In / backend-tests (pull_request) Successful in 2m56s
Ревью нашло два способа положить сервис ровно под той нагрузкой, ради которой писалась защита. Первый: `min()` вычисляет оба аргумента, поэтому `float(2 ** (excess - 1))` при 1045 неудачах по имени за окно падал с OverflowError. Счётчик ничем не ограничен сверху — `record()` только копит метки и на лимит не смотрит. С этой попытки и до конца окна вход отдавал 500 мгновенно, без задержки и без записи в аудит: терялись обе ценности PR, и трение, и сигнал. Показатель степени зажат; 2**16 заведомо выше любого разумного потолка, поэтому видимое поведение не меняется. Второй: сон шёл внутри области жизни сессии БД. В дефолтном режиме `get_identity_db` отдаёт ту же сессию, что `get_db`, а SELECT в `get_user_by_username` оставляет её в открытой транзакции — соединение висело занятым все восемь секунд. Пятнадцати одновременных неудач хватало, чтобы выбрать QueuePool целиком и уронить любой другой эндпоинт по pool_timeout. Отказ в обслуживании против всех сразу — хуже той блокировки учётки, ради ухода от которой замедление и выбиралось. Соединение теперь возвращается в пул перед сном. Заодно: длина имени ограничена 64 (верх CHECK'а реестра) — сырое имя становится ключом обоих лимитеров, а их словарь при часовом окне не подчищается; и явно записано, что `limit` у счётчика на имя не порог. |
||
|---|---|---|
| .. | ||
| app | ||
| data/sql | ||
| scripts | ||
| tests | ||
| .dockerignore | ||
| Dockerfile | ||
| pyproject.toml | ||